Sharmante
1. Имя.
Протяни мне ладонь
Я отдам тебе имя…

Страшно-то как…Сижу и не знаю, что делать. Хуже, чем обычно, адски страшно… Ладони потеют, по спине бегает холодок. Но сижу. А какой у меня выбор?
- Эй, ты…
Сидящий рядом громила смотрит на меня. Огромные ручищи, ну сейчас начнется… И зачем я здесь…
- Да?
- Как тебя зовут?
- Чего? – я моргаю непонимающе. Вот до чего страх доводит-то! Уже не слышу, что окружающие говорят. Слишком ушел в себя, в свой собственный ужас.
- Чего молчишь? Звать тебя как?
Я гляжу на этого человека и понимаю, что мне страшно, страшно, как никогда. Что еще минута – и я взорвусь. Разорвусь на много маленьких кровавых кусочков. И не будет меня. Такого глупого. Одинокого. Безымянного. Никакого меня не будет.
Но откуда-то из глубин души выныривает проблеск любопытства:
- А зачем вам?
- А? – забулдыга уже успел забыть о моем существовании.
- Имя мое вам зачем?
- Хочу знать, что на твоей гробовой плите выбить, - жизнерадостно сообщает мне он. – Ты против?
Я хочу сказать, что моя тушка мне и самому пригодится. Я не хочу умирать. Поэтому я глубоко вздыхаю, прогоняя страх в глубины себя самого и говорю:
- Пойдем выйдем.
Забулдыга кивает. Взявшись за локти, мы выходим, как лучшие друзья.
Сворачиваем в темный-претемный переулок. Я поворачиваюсь. Теперь я спокоен. Страх убежал обратно в закрома души, схоронился. Я же слишком хорошо знаю, что сейчас делать.
- Ты спрашивал мое имя? Жена моя зовет меня мужем, мать – сыном, жертвы – убийцей.
- Нет, - говорит мой собеседник. – А как же твое имя? Твое, собственное?
Губы растягиваются в очень очень неприятной улыбке.
- Нет его у меня. Вот тебя как зовут?
Мужчина молчит, глядя на странного меня с гримасой на лице.
- Что заткнулся? Скажи имя, я тебя убью и возьму себе.
- Я не собираюсь умирать. Я Квент.
Я медленно достаю из сапог кинжал, его лезвие ловит блик фонаря с улицы. Человек отшатывается. Улучив момент, я вонзаю свое оружие прямо в грудь и опускаю, вспарывая живот. Моя жертва не в силах поверить, несколько томительных секунд он еще жив, а потом – все… Как нить перерезать.
- Спасибо, Квент, - говорю я мертвецу. – Я одолжу твое имя. Ты ведь не против?
Вытираю кинжал об одежду покойника, засовываю в поясные ножны и, не спеша, выхожу из переулка.


2. Душа

Протяни мне ладонь
Я отдам тебе душу.

Когда я выхожу на улицу, меня поражает, как ударом тока. Все кажется таким ненастоящим, игрушечным, двухмерным. А бывает по-другому: как будто мир только и ждал, когда я выберусь из своей каморки на солнце. Невольно я улыбаюсь. На мне синее платье, надо мной голубое небо с белыми облаками, дома – барельефные, красивые.
Солнце слепит глаза, ах, как же хорошо-то…
Но даже и в такие замечательные деньки меня посещает одна темная, мрачная мысль. Мысль о смерти. О том, какой она будет. Каждый день умирают так много людей. Когда придет мой час?
Думая таким образом, я быстрее дохожу до лавки флориста, где работаю.
- Здравствуй, Вьен, - говорит мне начальник и гнусно подмигивает. Я делаю вид, что не обращаю внимания. – Ты не занята сегодня вечером?
- Увы, - отвечаю вежливо я. – Ко мне приедет кузен. Я должна показать ему наш прекрасный город.
- Сколько же у тебя кузенов, Вьен?
- Спросите у моей тетушки. Сколько бог послал, столько и есть.
Ну, слава богу, отвязалась. Я работаю уже полгода и изо дня в день слышу одно и то же.
Целый день, жаркий, душный день, я перебираю цветы, составляю букеты, плету венки. Мне исправно платят, как раз хватает на жилье и еду. А одежда… что ж, мечтать не приходится, но порой я вздыхаю и иду за новым платьем.
- Вьен, - говорит хозяин лавки. – Выходи за меня замуж, Вьен.
Я удивленно гляжу на него.
- Зачем?
- Вьен, я совсем тебе не нравлюсь?
Я вижу перед собой толстого мужика, потного, в майке и шортах, небритого. А вслух говорю:
- Зачем вам жена-то?
- Люблю я тебя, Вьен, - слышу в ответ. – А у меня квартира большая.
Вот еще, думаю, лучше бы уборщицу завел.
- Мне пора. До завтра.
Хватаю свою панамку и выхожу. Замуж! Глупости какие!
Иду по ночному городу. Фонари зажглись, и улицы будто тонут в странной, романтичной, зыбкой дымке. Красиво, и я снова погружаюсь в мечты. Они – все, что у меня есть. Заворачиваю в переулок, и мои грезы тают под грузом реальности. Навстречу шагают трое: мой работодатель и еще двое.
- Вьен, - говорит он. – Давай по-хорошему.
Я молчу, глядя на него и его приятелей. Вот так и приходит смертный час, да? Глупая, намечтала себе…
Вдруг один из трех падает, как подкошенный. Проткнутый… кинжалом? Кровь течет из него, как варенье из большой, жирной банки…
Второй сваливается, не ожидая нападения, и я вижу своего невольного спасителя. Молодой человек со странным блуждающим взглядом. Я гляжу в его голубые глаза, и меня обдает его ледяным спокойствием, как прохладным ветром в жару.
Падает мой хозяин – вот и все, нет у меня больше работы.


3. Память

Протяни мне ладонь,
Я отдам тебе память.

- Кто ты? – спрашивает спасенная девушка. Я с досадой вскидываю голову: угар прошел, а она осталась жить.
- Квент, - тихо говорю я.
Она подходит ко мне, доверчиво глядя и странно улыбаясь.
- Пойдем со мной, - просит она.
Я смотрю удивленно:
- Я убийца.
- Я знаю. Но тебе ведь негде ночевать, так?
Просто киваю.
- Ну, так, пойдем?
Вьен берет меня за руку, и мы чинно покидаем переулок, как парочка.
Малышка живет в каморке, в норке. Не люблю я такие квартирки, но отказываться неудобно. Все-таки я спас ей жизнь. Мы пьем дешевое пиво, и вино. И мне начинает казаться, что она – самая прелестная девочка в мире. И я рассказываю ей свою историю.
…Ты любишь сказки, Вьен? Моя сказка будет про мальчика, который хотел победить свой страх. На острове, где он жил-был, когда был камень странной формы. В него какой-то жестокий правитель вложил то, что он считал панацеей от всех страхов. Много людей приходили к камню, но не один не смог понять, что он в себе таит.
Нет, Вьен, кинжала в камне не было. Камень был просто камнем. Обычный кусок земли, намертво зацементированный горами.
Однажды мальчик лет двенадцати поднялся по горной тропинке. Вчера ночью был ужасный шторм, и его дед не вернулся с рыбалки. Нет, я не сбиваюсь с рассказа! Не отвлекай меня, Вьен, иначе я опять забуду. Мальчик подошел к камню. Он говорил, он долго говорил. Он просил исцелить его от всех страхов, волнений, обид, коих он заполучил за свою короткую жизнь немало.
Вдоволь наговорившись, мальчик опустился на камень и тут произошло необычайное. Тот сдвинулся, и под ним ребенок увидел блестящее лезвие.
Ребенок схватился за ручку, и тут произошло это. Все мысли смыло волной ледяного спокойствия. Теперь мальчик знал, что ему нужно делать. Он спустился вниз. Отныне он и кинжал были неразлучны…


Эпилог
- И ты убил всех в деревне, да? – пока я рассказывал, малышка успела протрезветь.
- Да, наверное, - сказал я задумчиво. – Просто я не помню. А раз нет у меня памяти, значит, совесть не мучает, не так ли?
- Ты прав, - прошептала Вьен. – А ты не дашь мне подержаться за твой кинжал?
- Зачем? – удивился я.
Она посмотрела на меня удивительно невинно. Пожав плечами, я достал из сапога кинжал и в первый, наверное, раз полюбовался его видом. Широкое прямое лезвие, ручка из кожи и дерева и изящный мелкий камушек бирюзы…Камушек подмигнул мне в свете одинокой свечки, и это было последнее, что удалось мне увидеть. Ах да, еще эти темные глаза с поволокой, и улыбку на нежных губах, и то несравненное чувство облегчения…

Ни имени. Ни души. Ни памяти.

@темы: творчество